Дмитрий Давыдов: Мои главные учителя — плохо отснятые фильмы

23.11.2020

Все три фильма кинорежиссера Дмитрия Давыдова возвращались с российских, международных фестивалей с наградами. В этом году впервые в истории якутского кинематографа фильм «Пугало» взял Гран-при «Кинотавра», Валентина Романова – Чыскыырай победила в номинации «Лучшая женская роль», также кинокартина получила приз им. Даниила Дондурея Гильдии киноведов и кинокритиков России. После триумфа Дмитрию Давыдову было присвоено звание заслуженного деятеля искусств Якутии и недавно он стал лауреатом «Премии Алампа» в номинации «Лучший кинематографист». О якутском кино и о том, над каким проектом сейчас работает режиссер, читайте в интервью ЯСИА.

— Дмитрий, вы начали увлекаться кинопроизводством уже работая учителем, когда пришло осознание, что надо снимать художественные фильмы?

В школе, где я работал, был кружок, действовал с 2004 по 2009 годы, потом случился бум якутского кино и я решил, что все-таки надо снимать кино более профессионально, со съемочной группой, фильм, который будет идти в прокате.

— Есть ли боязнь перед тем, как взяться за идею/сценарий?

Я снимаю авторские фильмы, все же это не для массового зрителя. Боязнь и сомнения есть всегда, бывают и во время производства и даже тогда, когда фильм готов и идет на экранах, все равно подкрадываются сомнения, зачем надо было снимать этот фильм, примут ли его?

— Как приходят идеи?

Идеи приходят по-разному, в основном это смесь разных идей, которые крутятся в голове и они как-то совмещаются. Сейчас работаем над сценарием, сама разработка проходит сложно. Идея прорабатывается долго, может даже годами. Саму же историю фактически сложно выстраивать.

— У вас нет специального образования, но как вам удается прочувствовать процесс кинопроизводства, в чем секрет?

Единственный учитель — это фильмы. Смотрю, как снимают кино другие режиссеры, в основном это плохие работы. Понимаю, почему у людей не получается, почему они сняли неважно или почему сняли хорошо. Это и есть мой главный учитель.

— Как подбираете актерский состав? По каким критериям? Чем самобытнее, тем лучше? Что больше привлекает — колоритность, индивидуальность, типы «не как все»?

В зависимости от бюджета, у меня все актеры местные, взращиваю своих, есть база в Амге.

— Некоторые утверждают, что вы показываете не совсем положительные стороны сельской жизни, дескать, зачем показывать убийство, пьяниц, несостоявшихся личностей? Как вы относитесь к таким высказываниям?

Конечно, все хотят, чтобы все было показано с положительной стороны, что мы живем красиво и хорошо. Но временами надо показать реальную обстановку, отношение к жизни, чтобы зритель сам обращал внимание на какие-то вещи. У нас есть режиссеры,  которые снимают детское кино, комедии, ужасы, каждый работает в своем жанре. Мой жанр — реальное кино.

— Когда было время выбирать будущую профессию, почему вы пошли в педагогический, а не в КИТ (Санкт-Петербургский государственный институт кино и телевидения), например?

Так получилось, что я стал студентом Педагогического института будучи школьником. В 11 классе к нам в школу приехала выездная комиссия Якутского государственного университета, приняли экзамены. Я ради интереса сдал, из группы 15 человек я один прошел. Поэтому заканчивая школу, уже был зачислен в ЯГУ.

— Работа каких коллег привлекает ваше внимание? Какие фильмы смотрите?

Привлекают работы интересных режиссеров, которые пытаются вырабатывать свой стиль. Люблю смотреть скандинавских, американских, европейских кинорежиссеров, они малоизвестные, если озвучивать широкому читателю, их имена ничего не скажут. Это люди, которые пытаются делать что-то свое, вот этим они и интересны для меня.

— Будете ли экранизировать классиков?

Было желание экранизировать «Сон Макара» Владимира Короленко, но сейчас понимаю, что к этому надо подходить очень серьезно, с большим бюджетом, с большой организацией, поэтому пока нет.

— Чего не хватает якутскому кинематографу? Кроме денег.

Не хватает специалистов. Нет художников, вторых режиссеров, проблемы большие с администратором, исполнительным продюсером, очень мало звукорежиссеров. Не только я, но и другие приходят к мысли, что нам надо все-таки вызывать специалистов из Москвы. Некоторые уже так работают, я тоже начинаю так делать.

— Есть ли чувство, что вы должны снять фильм как обязанность перед зрителями?

Нет. Сейчас я пытаюсь снимать кино для себя, не ориентируясь на кого-либо, будет ли удобно смотреть зрителю, понравится ли, интересно ли.  Главное в ближайшие несколько лет попытаться снимать то, что действительно хочу. Ради чего вообще я занимаюсь кино.

— Зритель якутского кино — какой он?

Зритель становится внимательным, требовательным, уже замечает ошибки и требует качество с технической и постановочной стороны. Раньше делали скидку, что мы только начинающие. Сейчас — нет. И это правильно.

— Есть желание взяться за детское кино или показать проблемы подростков, к примеру?

Большого желания нет, я работая в кружке, снимал детское кино. Да и в Якутии достаточно режиссеров, которые делают детско-юношеские фильмы. Буду работать в своей области.

— Вы сказали, что возможно уйдете из школы и будете заниматься чисто кинопроизводством. Если выберете второе, то как и где будете работать — останетесь в деревне или лучше перебраться в город?

Да, может быть в следующем году уйду из школы, буду жить в Амге, переезжать смысла нет. Кинопроизводство интересно тем, что мы занимаемся этим у себя, у меня в этом плане удачно получается. Если будет большой проект — это будет выезд, экспедиция, но базироваться пока буду у себя.

— Как обстоят дела с технической частью, оборудованием?

С техникой испытываю большие проблемы. В основном я заказываю из Москвы, Санкт-Петербурга. Что-то берем в «Сахафильме», хотя там бесплатно не выдают почему-то. Если говорят, что поддерживается якутское кино, приобретая оборудование благодаря проектам «Чингизхан», «Тыгын Дархан», то нам, кинорежиссерам, из этого ничего бесплатно не выдается, причем аренда очень большая.

— Ощущаете ли поддержку от властей, кинопроизводителей?

У нас есть сообщество киношников, постоянно находимся на связи. От властей поддержку ощущаю, особенно от моих амгинцев. Очень хорошо поддерживают и глава улуса, и глава наслега, также управление культуры.

— Вы говорили, что недовольны своими работами, даже не думали, что «Пугало» возьмет главный приз «Кинотавра». А что нужно для того, чтобы быть довольным своим фильмом?

Это вопрос авторского высказывания. Чем больше думаешь о зрителях, тем ограничиваешь себя. Свободы не будет. Поэтому сейчас буду исходить от обратного, максимально давать себе свободу авторскую, а дальше зритель уже будет сам оценивать.

— У вас три фильма, ощущается ли рост, продвижение?

Да, с каждой картиной, проектом становишься опытнее, профессиональнее, уже разбираешься в каких-то вопросах, стараешься делать все лучше. Постоянно снимать на одном уровне, клепать фильмы одного формата — не то, всегда интереснее развиваться.

— Сколько еще кинофестивалей ждет «Пугало»?

Пока точно сказать не могу, в Москве работает агентство, которое занимается продвижением фильма. Сейчас пандемия, если и будет фестивальный период, то только в следующем году.

— Как вы думаете, что привлекло жюри «Кинотавра» в вашей работе?

Скорее всего, то, что «Пугало» имеет немного другой формат. Зрители и кинокритики устают от однообразия. Они ищут что-то интересное, этническое, малознакомое, малопонятное. Я думаю, именно в таком плане мы выстрелили.

— Над каким проектом будете работать?

Сейчас я работаю над проектом «Эдэр саас». «Синет Сахавуд» в этом году выделил мне два гранта, первые съемки пройдут сразу же после Нового года.

Количество показов: 72