Какие страны будут осваивать арктические богатства в ближайшем будущем

16.04.2021

В постановлении 1926 года установлены границы полярных владений нашей страны через Северный полюс от Кольского полуострова до Берингова пролива. Общая их площадь, по некоторым оценкам, — более 5 миллионов квадратных километров. Однако сегодня арктический статус РФ подвергается сомнению… Как нам его отстоять? Почему необходим базовый закон о социально-экономическом развитии Арктической зоны? В этом разбиралась «Парламентская газета».

Колоссально важный документ

Постановление Президиума ЦИК СССР от 1926 года и сегодня юридически важно. «Значение этого акта для правовой стабильности в Арктике колоссально, — заявил  профессор МГИМО, доктор юридических наук Александр Вылегжанин. — Не только потому, что он повторяет положения канадского закона 1925 года об аналогичных правах Канады в ее арктическом секторе. Но прежде всего потому, что эти правовые позиции и Канады, и СССР получили молчаливое согласие со стороны явного большинства государств мира».

В историческом контексте эксперт ставит на первое место циркулярную ноту российского МИД 1916 года: «Она юридически умно составлена и в ней подтверждаются права России на земли и острова в арктических пространствах вдоль побережья страны в Северном Ледовитом океане, причем не как законченный список таких территорий».

Сегодня площадь арктических владений под юрисдикцией России — 3,1 миллиона квадратных километров. Где остальное? Потеряли? «Не потеряли, — отвечает Александр Вылегжанин. — Но можем потерять, если и далее будем руководствоваться ревизией Ельциным в 1997 году арктической правовой политики страны. Наш шельф был ограничен еще и законом РФ 1995 года — лишь 200 милями, а что сверх того — дозволяется получить только с согласия Нью-Йоркской комиссии. Это самоограничение мы ввели сами, а соседи — США и Канада, например, — так свой шельф в Арктике не ограничили».

Проблемы статуса

«Есть два современных подхода к международно-правовому режиму Арктики. Один — у НАТО и Евросоюза, которые юридически уравняли статус Северного Ледовитого океана с правовым положением теплых вод, например, Индийского океана. Им это выгодно, потому что при такой квалификации главным документом признается Конвенция ООН по морскому праву 1982 года (мы ее ратифицировали в 1997 году), по умолчанию предлагающая забыть про исторически сложившиеся особые права России на арктические территории», — отметил эксперт.

Согласно конвенции, в территорию прибрежного государства входит 12-мильное территориальное море; плюс 200-мильная исключительная экономическая зона и континентальный шельф — под его юрисдикцией. А наши права на «подводные земли» в Арктике за пределами 200 миль — это по Конвенции 1982 года определяет Нью-Йоркская комиссия, созданная ею.

Сегодня в Арктику стремятся все, не только Исландия, Швеция и Финляндия, хоть и не имеющие с Арктикой океанических рубежей, но заходящие своей территорией за пределы Северного полярного круга. Даже Франция выстраивает свою арктическую политику, в том числе через НАТО. Арктические стратегии приняты многими не арктическими государствами — Китаем, Сингапуром, Южной Кореей…

Россия сегодня отстаивает традиционный подход — историко-правовой, обозначенный еще Российской империей и продолженный Советским Союзом, объясняет профессор Вылегжанин. Статус Арктики выводится не только из Конвенции 1982 года, но и из других норм международного права. В том числе тех, что отражены в двусторонних договорах нашей страны, начиная с русско-английской конвенции 1825 года и русско-американской конвенции 1867 года; включая нормы о разграничении арктических пространств по секторальной линии — идущей по меридиану к Северному полюсу. Тот же широкий историко-правовой подход зафиксирован в Илулиссатской декларации 2008 года, которую подписали министры иностранных дел всех пяти арктических прибрежных государств — России, США, Канады, Дании, Норвегии.

Прирастать Арктикой

Президент России Владимир Путин заявил, что в следующие десятилетия Россия будет прирастать Арктикой и северными территориями. При этом наша страна — крупнейшее арктическое государство, напомнил  глава Комитета Госдумы по региональной политике и проблемам Севера и Дальнего Востока Николай Харитонов.

2020 год стал прорывным в законодательном развитии Арктики: приняты Основы госполитики и Стратегия развития Арктики до 2035 года. Они обозначили базовые национальные интересы России — обеспечение суверенитета и территориальной целостности страны, использование АЗРФ в качестве стратегической ресурсной базы, высокое качество жизни и благосостояние населения, развитие региона и Северного морского пути как единой транспортной коммуникации в Арктике.

«Упрочение исторической роли России в Арктике во многом зависит от того, насколько эффективна будет ее политика в регионе», — заявил зампред Комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера, заместитель главы Совета по вопросам развития Дальнего Востока, Арктики и Антарктики Александр Акимов.

Базовый закон

«Мы просто обязаны усиливать свое присутствие в Арктическом регионе в полном соответствии с нормами международного права», — убежден Николай Харитонов. Он считает, что специфика региона, условий ведения бизнеса и задачи опережающего развития требуют особого подхода, а при обсуждении пакета законов о господдержке предпринимательской деятельности допущен перекос в сторону крупных сырьевых компаний.

Нельзя забывать о малом бизнесе, отметил депутат, потому что именно он создает комфортную среду для северян, рабочие места, закрывает вопросы социальной инфраструктуры. А число субъектов МСП в Арктике снижается, индивидуальных предпринимателей здесь 1,5 процента от общего количества в стране.

Немаловажно, по его мнению, решить проблему дефицита квалифицированных кадров. Сейчас в регионе преобладают малонаселенные пункты, к тому же идет отток населения — до 15 тысяч человек в год. Например, член Комитета Совета Федерации по экономической политике Юрий Важенин выступает за вахтовый метод освоения труднодоступных территорий.

И еще, убежден Николай Харитонов, нужен базовый закон о социально-экономическом развитии Арктической зоны. Его отсутствие и непоследовательность при выборе механизмов решения этих проблем негативно влияют и на реализацию инвестпроектов, и на развитие территорий.

Сохранить научное лидерство

По мере сокращения арктических льдов и роста перспектив судоходства по Северному морскому пути число финансируемых на Западе исследований региона возросло в разы. В этих условиях Россия должна сохранить интеллектуальное и научное лидерство в Арктике.

«Мы его имели в 1926 году, когда принимался правовой акт о полярных границах, — подчеркнул Александр Акимов. — Это лидерство зафиксировано даже в законе США о научных исследованиях и политике в Арктике от 1984 года. Причем в единственном американском законе, где научное лидерство России признано конгрессом США. Наша задача — его сохранить. Мы рассмотрели вопрос в рамках Совета по вопросам развития Дальнего Востока, Арктики и Антарктики верхней палаты и готовим соответствующие законопроектные предложения».

Сейчас наша страна выбирает, как отстаивать свои права на континентальный шельф в Арктике за пределами 200 миль. С заявкой о таких правах Россия в 2001 году обратилась в Комиссию в Нью-Йорке, созданную по Конвенции 1982 года. Основание — результаты исследований рельефа морского дна, показавшие, что подводные хребты Ломоносова и Менделеева продолжают Сибирскую континентальную платформу.

Если комиссия согласится, то наш шельф станет больше по сравнению с его 200-мильным ограничением сегодня. Но меньше по сравнению с площадью сектора, обозначенного в постановлении 1926 года.

Обращение 2001 года в Нью-Йоркскую комиссию подготовлено на основе постановления Правительства РФ 1997 года.

«Минприроды и МИД России по инерции продолжают обхаживать Нью-Йоркскую комиссию, — считает Александр Вылегжанин, — снабжая ее уже 20 лет все новыми и новыми данными о нашем арктическом шельфе».

Чувствительный вопрос

После отклонения первой заявки подана вторая, дополненная результатами новых исследований. «Это, безусловно, чувствительный вопрос, — сообщила пресс-служба Минприроды. — По оценкам экспертов, континентальный шельф российской Арктики содержит более 85,1 триллиона кубометров горючего природного газа, 17,3 миллиарда тонн нефти (включая газовый конденсат) и является стратегическим резервом развития минерально-сырьевой базы страны».

Совет по вопросам развития Дальнего Востока, Арктики и Антарктики при Совете Федерации рассмотрел этот вопрос и проинформировал заинтересованные ведомства о желательности изменения правительственной линии 1990-х годов. «И не надо милостыню просить у Нью-Йоркской комиссии о якобы «увеличении» нашего шельфа в Арктике, — констатирует профессор Вылегжанин. — Границы шельфа можно изменить путем соглашений с нашими арктическими соседями. Россия вправе исходить из секторальных границ своего шельфа, если не договорится об ином».

Незавершенность международного правового разграничения морских пространств в регионе обозначена как угроза нацбезопасности в Основах 2020 года, напоминает Александр Акимов. «И государственные границы, и границы реализации природоресурсных прав давно определены по международному праву. У России есть договоры с Норвегией и США. Пока не завершено разграничение морских пространств с Канадой и Данией, но идут консультации. Парламент готов на уровне законодательства помочь МИД», — подчеркнул сенатор.

Он убежден, что Россия вместе с соседями по Арктике разделит арктический шельф на базе Женевской конвенции о континентальном шельфе 1958 года и статьи 83 Конвенции 1982 года. В мае к нашей стране перейдет на два года председательство в Арктическом совете, а это не только ответственность, но и широкие возможности по укреплению взаимодействия между арктическими странами и странами-наблюдателями.

Количество показов: 74
Автор текста: ЯСИА